Girlgames4you.ru

Детский журнал
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Благотворительный Фонд Помощи Детям

Благотворительный Фонд Помощи Детям

— один из ведущих благотворительных фондов России, помог более чем 3000 детям, удостоен «Премии года» .

Миссия — обеспечение детей с тяжелыми, редкими и трудноизлечимыми заболеваниями возможностью проходить лечение в тех больницах, где показатели выздоровления детей наиболее высокие.

Товарные знаки — уникальные обозначения, которые официально зарегистрированы и используются Благотворительным Фондом Помощи Детям:

«Мы не подменяем государство»: как фонды «берут» детей на лечение и что мешает им работать

На конференции по адресной помощи в Москве обсудили перспективы развития адресной помощи в России и то, по каким правилам играют участники благотворительной сферы.

В центре «Благосфера» 22 марта прошла первая Всероссийская конференция «Адресная помощь: перспективы и правила», организованная порталом «Милосердие». Эксперты, врачи, представители благотворительных фондов обсудили разные важные темы: лечение за рубежом, медицинскую экспертизу, работу с подрядчиками, критерии выбора реабилитационных центров.

На одной из встреч обсуждали экспертный медицинский совет: как и из кого он формируется, как фондам и родителям добиться помощи от государства, какие документы нужны и может ли фонд рекомендовать обследования. Модератором встречи выступила Людмила Геранина, координатор проекта «Все вместе против мошенников» и сотрудник центра «Благосфера».

Александра Захваткина/АСИ

Регламенты: как фонды решают, кому помогать

Владислав Дорофеев из Русфонда рассказал, что за последний год через московское бюро Российского фонда помощи прошли дети с 30 разными диагнозами. «Мы берем не только детей из Москвы и Подмосковья, но и детей из регионов, которые лечатся в столичных клиниках – не только городских, но и федеральных, которые расположены в Московской области», – рассказал Дорофеев.

Софья Жукова и Владислав Дорофеев. Фото: Александра Захваткина/АСИ

У многих благотворительных фондов нет ограничений по диагнозам: они помогают всем детям. Но бывают ограничения по географическому признаку. Например, Евгения Меньшикова из Фонда имени Марины Гутерман, расположенного в Костроме, рассказала: «Наш фонд помогает детям до 18 лет, постоянно проживающим на территории Костромской области вне зависимости от заболевания».

По словам Дорофеева, в числе ограничений, которые влияют на согласие фонда помогать ребенку, – возможности фонда. «Первое и главное ограничение – это наши возможности по сбору денег за фиксированное количество времени. У нас есть внутренний регламент – мы можем собирать деньги на ребенка не более 25 дней. Чаще всего сбор на ребенка занимает 7-10 дней. Бывает и такое, что мы собираем нужную сумму за несколько часов. Бывает, собираем с излишками – тогда «лишние» деньги идут на лечение других детей», — сказал Владислав.

Перед тем как взять ребенка в работу, фонды знакомятся с документами. Как рассказал Дорофеев, «когда к нам обращаются с просьбой о помощи, мы просим два главных документа: обращение родителей в свободной форме и врачебное заключение из больницы. Уже потом мы просим все остальные документы: копию свидетельства о рождении, все медицинские справки и справки о доходах родителей. Все-таки мы помогаем именно тяжелобольным детям – часто такие живут в не очень благополучных семьях с низким уровнем дохода».

Анна Сысоева из Благотворительного фонда Константина Хабенского рассказала, как это происходит в их фонде: «Мы проверяем данные по истории социальной экспертизы, и, если родители готовы подписать необходимые документы, оказываем помощь».

Евгения Меньшикова и Анна Сысоева. Фото: Александра Захваткина/АСИ

Кто проводит медицинскую экспертизу

Очень часто родители ребенка просто не знают, в какое медицинское учреждение обращаться. В таком случае может помочь благотворительный фонд. «В нашем случае, — уточняет Сысоева, — медицинская экспертиза включается, по большей части, когда обращаются родители из региона с вопросом: нам поставили диагноз, куда нам идти? В таком случае мы обращаемся одновременно к нескольким специалистам и спрашиваем, что сейчас лучше сделать, в какую клинику отправить? Если ребенку показан четкий протокол, достаточно мнения одного врача. Если история многогранная, нужно мнение нескольких экспертов, чтобы решение было взвешенным».

Все участники встречи обратили внимание, что сотрудники благотворительных фондов – не врачи и давать рекомендации по поводу метода лечения, подбора лекарственных препаратов или реабилитации они не могут.

«Мы – не врачи, мы собираем деньги, а не оцениваем диагнозы детей. Решение о возможности лечения принимают врачи в больнице. Родители сами выбирают клинику, мы ничего не рекомендуем. Мы работаем практически со всеми московскими клиниками, с ними заключены договоры», – рассказал Владислав Дорофеев.

С его словами солидарна и Анна Сысоева: «Всю информацию, которую выпускает фонд, верифицируют внешние эксперты, а не наши сотрудники. Мы – не врачи, мы помогаем врачам сделать качественную работу по оказанию помощи нашим подопечным».

Софья Жукова из фонда «Правмир» отметила: «Мы не можем сказать, хорошая клиника или плохая, и потому обращаемся к эксперту. У нас такое чаще бывает с реабилитационными центрами».

Фото: Александра Захваткина/АСИ

Случается, что родители обращаются с просьбой отправить их ребенка на лечение за границу. У фонда Константина Хабенского есть четкая позиция на этот счет. «В заявках на получение помощи мы не ориентируемся на желания родителей. Как правило, мы оплачиваем лечение в нескольких федеральных медицинских учреждениях, где мы уверены в качестве работы врачей. Если к нам обращаются родители с просьбой оплатить лечение в конкретной клинике за рубежом, мы рассматриваем вариант помощи, только если есть официальное заключение российских врачей, что данная манипуляция невозможна на территории России. Это либо гиперсложный случай, либо когда один из блоков лечения нужно обязательно выполнить за рубежом. Тогда мы можем направить ребенка на целый курс, но у нас это бывает очень редко», – сказала Сысоева.

Выбор метода лечения – еще один важный вопрос, в котором сотрудники фондов обращаются к профессиональному медицинскому сообществу. «Экспертный совет – коллегиальный орган, и он необходим, чтобы помочь выстроить стратегию работы фонда по медицинской части и принимать супер-сложные решения. Во всем остальном порой достаточно мнения одного или нескольких специалистов», – считает Анна Сысоева.

Читать еще:  Лечение аденоиды в носу у ребенка лечение народными средствами

В небольших городах есть свои особенности. «Что касается медицинской экспертизы, здесь есть сложности, потому что врачи в нашем регионе не очень контактные. Они могут быть не в курсе последних новинок, но зато они всегда знают, что можно получить в Костромской области, и всегда дают нам официальное заключение – это очень важно. В некоторых случаях очень помогают коллеги — узкопрофильные фонды, у них всегда можно проконсультироваться. Единственный минус – нет официального заключения. Есть еще вариант обратиться в медицинские сообщества. Там можно быстро получить рекомендацию, но невозможно оценить квалификацию доктора», — поделилась Евгения Меньшикова.

Не дублировать функции государства

Одна из важнейших задач любого фонда – помочь ребенку и постараться получить максимальную помощь от государства. Владислав Дорофеев прямо об том говорит: «Мы не собираемся оплачивать что-то, что может оплатить государство, и всегда стараемся за этим следить».

Костромской фонд имен Марины Гутерман особенно преуспел в этом вопросе. Евгения представила презентацию, где подробно рассказала о том, как они взаимодействуют с Департаментом здравоохранения.

«Так же, как наши крупные коллеги, мы стараемся не дублировать функции государства, насколько это возможно. Чаще всего к нам обращаются по четырем пунктам: лекарство, обследование, лечение, реабилитация. После того как к нам поступает обращение, мы отправляем его в Департамент здравоохранения. В 2015 году мы заключили с ним соглашение о предоставлении информации – оно помогает нам получать оперативную информацию о наличии лекарств или возможности лечения в нашем регионе. Если департамент отвечает, что государство может помочь, мы передаем семью им. Если нет – берем обращение в работу. Но в соглашении есть и минус: иногда департамент перекладывает свои функции на фонд и просит купить лекарства другим детям».

Даже когда государство не может помочь, есть варианты решения проблемы. «Иногда департамент может отказать в покупке лекарства, причин несколько: лекарства нет в федеральном или региональном льготном списке либо оно используется не по своему прямому назначению (например, БАДы). Если препарата нет в федеральном списке, родители могут обратиться с просьбой включить его в региональный. Но если препарата нет нигде, а он нужен, то включается фонд», – рассказала Меньшикова.

Евгения Меньшикова. Фото: Александра Захваткина/АСИ

В вопросах реабилитации детей фонды тоже стараются получить государственную поддержку. «Мы всегда смотрим, какие услуги можно получить в нашем регионе. Каждый счет и список процедур прорабатываем со специалистом, потому что массаж или занятия с психологом нужно проходить регулярно и это можно сделать рядом с домом», – сказала Евгения.

Доверие между партнерами

Многое в работе благотворительных фондов зависит от быстроты действий и степени доверия клиники фонду. Как рассказала Анна Сысоева, несколько лет назад фонд Константина Хабенского перешел почти со всеми клиниками на систему пост-оплаты. «Это очень удобно, потому что опухоль мозга не ждет, и нет времени пытаться выбить квоту. Если клиника готова принять ребенка под гарантийное письмо, мы госпитализируем его, и уже в процессе лечения вместе с родителями и врачами пытаемся получить квоту за счет государства. Это всегда совместная работа. Именно поэтому мы не ведем сбор денег на конкретных детей, потому что в процессе может оказаться, что ему удалось выбить квоту, и деньги жертвователей пойдут не ему».

Не менее важна и благонадежность контрагентов: клиник и реабилитационных центров. Софья Жукова поделилась своим опытом: «Я обязательно проверяю центры: смотрю выписки из ЕГРЮЛ, проверяю ОКВЭД и риски по СПАРК в программе 1С. Однажды нам предложили оплатить дорогую операцию на счет ИП – и это с учетом того, что ИП вообще не имеют права проводить операции! У всех новых контрагентов мы просим устав и всевозможные выписки. Иногда приезжаем в клинику и знакомимся с директором. Мы предпочитаем работать с государственными клиниками, но тут важно читать договоры. Мы всегда очень четко прописываем, какую сумму мы готовы тратить на того или иного ребенка, и просим больницу сообщать нам, если сумма возрастает. Конечно, мы не бросим ребенка, но должны быть в курсе».

«Если вы придете один раз — это в миллион раз лучше, чем ничего»

Елизавета Олескина, директор фонда «Старость в радость»

    — это благотворительный фонд помощи инвалидам и пожилым, живущим в домах престарелых. Его цель — дать почувствовать людям в домах инвалидов, ветеранов, домах престарелых, что они кому-то нужны, и повысить качество их жизни.
  • Один из проектов фонда — организация переписки стариков с неравнодушными людьми.

«Как бездомность начинается дома, так одиночество пожилых людей начинается в семье, — говорит Елизавета. — Здорово, что сейчас начинают говорить о проблемах пожилых людей. Еще лучше, что некоторые, поучаствовав в наших акциях, вспоминают: а ведь у меня тоже есть бабушка где-то в деревне на Урале, может быть, и ей одиноко».

Если вы хотите помочь, важно не раздавать обещаний, которые могут оказаться пустыми. Не стоит говорить, что будете часто писать и навещать. Ведь в ежедневных делах мы нередко забываем о своих человеколюбивых планах. «Бабушки и дедушки легко привязываются, они будут вас ждать. Вы останетесь частью их жизни, они будут спрашивать других волонтеров: а где Вася или Маша. » — добавляет она. Но при этом ошибка думать, что не стоит даже пытаться приходить в дома престарелых, если вы не можете делать это регулярно. «Если вы, ничего не обещая, придете только один раз — это в миллион раз лучше, чем ничего», — говорит Лиза.

Стариков часто нельзя не только вылечить, но и даже продлить им жизнь. Зато можно улучшить качество последних дней их жизни.

Читать еще:  Лишай на голове у ребенка лечение в домашних

В последние годы из-за экономических проблем в домах престарелых стало ощутимо хуже. Ведь одна санитарка, даже самая хорошая, не может нормально ухаживать сразу за 40 лежачими больными. Фонд стал нанимать санитарок для подопечных домов престарелых и платить им зарплату. Теперь в разных регионах страны таких нанятых санитарок — 120. Платить им все труднее и труднее. Но они настолько улучшают жизнь стариков, что фонд не может от них отказаться.

«Это, наверное, самое ценное, что мы делаем. Однажды наши санитарки вывезли на прогулку бабушку и дедушку, которые жили в одном доме престарелых, но на разных этажах, и не могли ходить. Как оказалось, они знали друг друга и не виделись много лет. Просто потому, что некому было выйти с ними на улицу».

«Фонд борьбы с лейкемией». Самое время жить

Наша цель: «Оказание помощи взрослым пациентам старше 18-ти лет с онкологическими заболеваниями системы крови».

Им срочно нужна Ваша помощь:

  • 45 лет, город Ульяновск, двое детей
  • Диагноз: Острый миелоидный лейкоз
  • 56 лет, город Королёв, Московская область, женат, трое детей
  • Диагноз: Острый лимфобластный лейкоз
  • 33 года, город Рязань, есть сын
  • Диагноз: Миелодиспластический синдром
  • 37 лет, город Нижний Новгород, женат, двое детей
  • Диагноз: Острый миелобластный лейкоз
  • 50 лет, город Москва, женат
  • Диагноз: Миелодиспластический синдром
  • 22 года, город Невинномысск, Ставропольский край
  • Диагноз: Острый миелоидный лейкоз
  • 23 года, город Александров, Владимирская область
  • Диагноз: Острый миеломонобластный лейкоз
  • 24 года, село Косилово, Белгородская область, замужем, есть дочь
  • Диагноз: Острый лимфобластный лейкоз
  • 36 лет, г. Москва, женат, двое детей
  • Диагноз: Острый лимфобластный лейкоз
  • 23 года, г. Электрогорск, Московская область
  • Диагноз: Острый лимфобластный лейкоз
  • 20 лет, город Санкт-Петербург
  • Диагноз: Идиопатическая апластическая анемия
  • 39 лет, пос. Кубинка, Московская область, женат, двое детей
  • Диагноз: Острый промиелоцитарный лейкоз
  • 48 лет, г. Москва, замужем, есть дочь
  • Диагноз: Острый лимфобластный лейкоз
  • 36 лет, гор. Петропавловск-Камчатский, Камчатский край, замужем
  • Диагноз: Острый миелоидный лейкоз
  • 29 лет, гор. Подольск, Московская область, есть сын
  • Диагноз: Острый миелоидный лейкоз
  • 41 год, г. Ковылкино, Республика Мордовия, женат, есть дочь
  • Диагноз: Миелодиспластический синдром
  • 25 лет, г. Сочи, есть сын
  • Диагноз: Острый миелоидный лейкоз
  • Иммуноглобулины для пациентов, перенесших трансплантацию костного мозга
  • Поддержка безопасной работы врачей
  • Диагноз: .

С вами мы сможем спасти еще больше жизней:

Трансплантация костного мозга (как родственного, так и неродственного) в России осуществляется бесплатно, это по квоте оплачивает государство, а вот поиск и активация донора, заготовка трансплантата и доставка его до клиники, где будет проводится трансплантация, в квоту не входят. Поиск и активация неродственного донора в России стоит около 450 тыс.руб. Если в России подходящий донор не найден, приходится обращаться в зарубежные регистры — здесь уже стоимость составляет около 1,5 миллиона рублей (в зависимости от курса евро).

Лента новостей и мероприятий Фонда

Приглашаем на онлайн-встречу 3 ноября в 17:00 по московскому времени

Тема встречи: «Восстановление после лечения. Мужское и женское здоровье.» подробнее

Фонд борьбы с лейкемией, Ассоциация онкопсихологов и Служба помощи онкологическим пациентам и их близким «Ясное утро» приглашают вас принять участие в XIII Всероссийском съезде онкопсихологов

Мероприятие пройдет с 4 по 6 ноября в онлайн-режиме. подробнее

Онлайн-школа «Самое время узнать»

Очередной выпуск школы пройдет 27 октября в 17.00 по московскому времени и будет посвящен диагнозу «апластическая. подробнее

Встреча с равными консультантами на тему: «Как настроиться на ТКМ. Опыт равных»

Встреча пройдёт 28 октября в 17:00 по московскому времени подробнее

Прямой эфир с онкогематологом на тему: ХЛЛ: от результатов клинический исследований к реальной практике

Присоединяйтесь к эфиру 21 октября в 15:00 по московскому времени подробнее

Прямой эфир с Ириной Холкиной

Смотрите эфир на Youtube-канале фонда 21 октября в 12:00 по московскому времени подробнее

Онлайн-встреча с равными консультантами на тему: «Слабость и бессонница. Что помогало справляться. Лайфхаки от Равных»

Приглашаем всех желающих на онлайн-встречу с равными консультантами 21 октября в 17:00 по московскому времени подробнее

Онлайн-чаепитие в Zoom c онкопсихологом Камиллой Шамансуровой

Онлайн-чаепитие пройдет 18 октября в 20:00 по московскому времени подробнее

Прямой эфир с онкопсихологом Камиллой Шамансуровой

Присоединяйтесь к эфиру 15 октября в 14:00 по московскому времени подробнее

Почему людей с онкогематологическими диагнозами не берут на работу и кто им помогает

27% компаний на российском рынке не планируют нанимать на работу людей с инвалидностью, 47% людей никогда не работали. подробнее

Прямой эфир с онкогематологом на тему: Терапия ХЛЛ в России

Эфир пройдет 7 октября в 15:00 по московскому времени подробнее

Онлайн–встреча с равными консультантами на тему «Неправильная поддержка. Какие фразы и поступки близких мешали на пути к выздоровлению»

Приглашаем на онлайн-встречу 7 октября в 17:00 по московскому времени подробнее

Прямой эфир с онкогематологом на тему: «Терапия ОМЛ. От результатов клинических исследований к реальной практике»

Присоединяйтесь к эфиру 4 октября в 18:00 по московскому времени подробнее

Фонд борьбы с лейкемией стал участником кампании «Редкое искусство помогать»

Участие Фонда в проекте поможет рассказать о взрослых больных раком крови широкой аудитории подробнее

Мерч Фонда борьбы с лейкемией на Ozon

Прибыль от покупок пойдет на поддержание работы Фонда подробнее

Встреча с равными консультантами на тему взаимоотношений с лечащим врачом

29 сентября в 17:00 по московскому времени ждём всех желающих на онлайн-встрече с равными консультантами подробнее

«Я теперь шучу, что живу с «женскими мозгами»: Москвич победил рак и стал первым мужчиной-равным консультантом в онкогематологии

24 сентября — Всемирный день борьбы с лейкозом. Свою войну с острым миелобластным лейкозом Юрий Чёлкин выиграл. подробнее

Прямой эфир с онкогематологом на тему: «ХЛЛ: важность достижения МОБ негативного статуса как предиктора выживаемости без прогрессий»

Присоединяйтесь к эфиру в четверг 23 сентября в 15:00 по московскому времени. подробнее

Прямой эфир с онкогематологом: «Острый лимфобластный лейкоз. Выбор тактики лечения»

Присоединяйтесь к эфиру 28 сентября в 13:00 по московскому времени подробнее

Открывается набор на онлайн-курс подготовки равных консультантов в онкогематологии

Заявки будут приниматься до 11 октября. подробнее

Прямой эфир с онкогематологом на тему новых подходов терапии ОМЛ

Присоединяйтесь к эфиру в понедельник 20 сентября, в 17:00 по московскому времени. подробнее

Благодаря поддержке VK психологическую поддержку смогли получить несколько сотен человек. подробнее

Самое время двигаться вперёд

Анастасия Кафланова покидает пост директора Фонда борьбы с лейкемией подробнее

Проект 1 канала «Всем миром»

Герои сюжетов — подопечные Фонда Мария Козлова, Мария Зайцева и Маргарита Маргитич подробнее

Прямой эфир на тему «ХЛЛ: Преимущества фиксированной таргетной терапии»

Эфир пройдет 14 сентября в 16:00 по московскому времени. подробнее

Смотрите новое YouTube-шоу Фонда борьбы с лейкемией РакОФФ

Программа рассчитана на максимально широкую аудиторию и призвана просто и понятно ответить на самые актуальные. подробнее

Онлайн-чаепитие с онкопсихологом Камиллой Шамансуровой

Онлайн-чаепитие пройдет 16 сентября в 20:00 по московскому времени на платформе Zoom подробнее

15 сентября состоится онлайн-встреча с равными консультантами, посвященная канцерофобии

Онлайн-встреча пройдет 15 сентября в 17:00 по московскому времени. подробнее

Смотрите новые выпуски шоу #ХакРак

Герои новых программ, по-прежнему, делятся своими историями с ведущей Мариной Бурыгиной и обсуждают с ней самые. подробнее

В это году она будет посвящена проблеме донорства костного мозга подробнее

Онлайн-встреча с равными консультантами

Встреча состоится 8 сентября в 17.00 (мск) и будет посвящена жизни с лимфомой до и после лечения подробнее

Фонд борьбы с лейкемией и Фонд семьи Тиньковых объявляют о партнерстве

Фонд борьбы с лейкемией и Фонд семьи Тиньковых объявляют о стратегическом партнерстве для совместного развития. подробнее

Если фонд отказал в помощи

Что делать, если благотворительные организации отказываются собирать деньги, обсудили на конференции «Все вместе за разумную помощь».

Когда нет выхода

В конце 2018 года телеканал RT создал благотворительный проект «Дальше действовать будем мы». Проект собирает деньги для нуждающихся, минуя благотворительные организации: пожертвования идут сразу на личные счета тех, кому нужна помощь. Некоммерческий сектор резко отреагировал на инициативу, которой в конце февраля занялась общественный деятель и журналист Мария Баронова. Эксперты НКО называли идею вредной, повышающей риск мошенничества и непрозрачной работы. Против сбора на личные счета благотворительные организации борются не первый год.

Читать еще:  Зуд в заднем проходе у ребенка лечение в домашних условиях

Однако, по словам Бароновой, когда человек не может получить институциональную помощь, ему ничего не остается, кроме как обратиться за поддержкой напрямую. Сама Мария столкнулась с этой проблемой два года назад, когда в ее семье появился ребенок с ДЦП.

«У меня был большой опыт в области правозащиты, и я знала много людей, которые, казалось, могли мне помочь. Где-то спустя год отказов я поняла, что семья потеряла 99% ресурсов, я потеряла надежду, рабочее состояние, и непонятно, что делать. Мне больше ничего не оставалось, как рассказать историю публично. Нужную сумму мы собрали за три дня. Но огромное количество людей написало мне, что мы все делаем неправильно. После многочисленных отказов я негативно воспринимала советы, ведь мы много раз пытались обратиться к разным людям», — рассказала Мария Баронова.

Мария Баронова и Татьяна Константинова. Фото: центр «Благосфера»

Ресурсы НКО часто ограничены, их возможности гораздо меньше, чем потребности людей, которые к ним обращаются, объясняет Татьяна Константинова, президент Международной благотворительной общественной организации «Справедливая помощь Доктора Лизы».

«Среднестатистический фонд — это несколько измотанных женщин, у которых при звуке телефонного звонка дергается глаз и которые боятся открывать почту, потому что там кровь, смерть, слезы, боль, — говорит Константинова. — И если появится проект, который будет в помощь, это здорово. Только давайте договоримся, в какой форме мы его делаем, потому что НКО набили на этом кучу шишек: сборы на личные карты родственников и больных, неквалифицированная медицинская экспертиза», — пояснила Татьяна Константинова.

По ее словам, когда она зарегистрировала фонд «Живой», она ничего не знала о благотворительности и думала, что если люди просят, то помощь им действительно нужна и просят они именно то, что нужно. «Но люди подкладывают и фальсифицированные бумаги и просят непонятные вещи», — добавила она.

Аудитор благотворительности

Благотворительные фонды отказывают, если им не хватает сил на решение проблемы или если они не занимаются этими конкретными вопросами, говорят эксперты третьего сектора. Несмотря на большое количество некоммерческих организаций, остаются неохваченные направления помощи или темы, которыми занимается мало фондов.

«Почти везде откажут человеку, которому нужна серьезная стоматологическая помощь. А фонд помощи детям — жертвам насилия, по-моему, один и не в Москве», — отмечает Владимир Берхин, президент фонда «Предание».

По его словам, в ситуации, когда организации помочь не могут, сбор на личную карту действительно становится выходом. Но расходы с этого счета кто-то должен контролировать.

«Я хорошо знаю, как сильно искушают деньги, приходящие в руки просто так. Тебе быстро начинает казаться, что так и должно быть. Легко начать тратить эти деньги неразумно. Планка снижается, особенно если собираешь для другого, — я делаю хорошее дело, и люди не имеют права меня спрашивать. Поэтому я бы обязательно принял меры и обратился к людям, которые бы следили, как эти деньги тратятся», — говорит эксперт.

По мнению Александры Ливергант, шеф-редактора Русфонда, человеку в беде необходимо сопровождение, своего рода «консьерж». Такой специалист мог бы разработать дорожную карту необходимых действий: куда обратиться и что сделать. Владимир Берхин отметил, что подобная инициатива уже появлялась, но успеха не имела.

Слева направо: Мария Баронова, Татьяна Константинова, Светлана Машистова, Владимир Берхин. Фото: Вадим Кантор/АСИ

Экспертиза и контроль

Сейчас координаторы проекта «Дальше действовать будем мы» обсуждают, как будут отчитываться о сборах на личные счета и осуществлять экспертизу, которая дает фондам преимущество перед частными сборами. Мария Баронова отметила, что проект будет обращаться к чиновникам и фондам.

По ее словам, можно использовать и зарубежный опыт. «При институционализации и автоматической бюрократизации всегда будут оставаться люди на отшибе. На Западе есть процедура, когда такие «выпавшие» люди на условном Kickstarter начинают сбор. Эта платформа и обеспечивает аудит. Таким образом, создается частная институция, которая занимается этой экспертизой», — отметила Баронова.

От сборов на личные карты проект пока отказываться не собирается. По словам Татьяны Константиновой, это создаст серьезные риски.

«Когда вы будете собирать на карты, возникнут истории злоупотребления. Мошенники и так работают в этом поле. Есть и не мошенники, которым мы пытаемся объяснить, что этого делать не надо», — объяснила Константинова.

Но и для сборов на частные счета есть механизмы контроля, отмечает Светлана Машистова, администратор группы «Благотворительность на костях». Можно открывать реквизиты под конкретный сбор и после сбора закрывать телефонный номер, к которому они были привязаны.

«Как и любые организации, НКО — немного дуболомная структура, и индивидуальные случаи, выходящие за рамки, она не прожевывает. Это как гайка, попавшая в станок, — говорит Татьяна Тульчинская, директор благотворительного фонда помощи детям-сиротам «Здесь и сейчас». — И поэтому возникают частные сборы и другие инициативы. Скоро кто-нибудь зарегистрирует фонд под названием «Когда все отказали». Получается, что в инфопространство транслируется альтернатива: только личные сборы или только фонды. Надо добавлять этому человечности. Надо искать точки соприкосновения, а не усугублять те моменты, где мы расходимся, пусть мы расходимся и кардинально».

Конференция «Вместе за разумную помощь» проходила в центре «Благосфера» в третий раз. Ее организует Благотворительное собрание «Все вместе» при поддержке Форума Доноров и Фонда президентских грантов.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector